July 12th, 2016

Три дня в Тбилиси

Мой фотоотчёт о поездке в столицу Грузии Тбилиси - это воспоминания, собранные из набросков во время поездки, заметок сразу после и фотографий, которые хоть и отвлекают во время их создания, очень помогают потом.


Collapse )
Грузия встретила нас дождём. Я глубоко убеждена, что в город надо приезжать в дождь, тогда он выглядит сумрачно, не нарядно, зато можно сразу понять, подружитесь вы с ним или не очень. С погодой нам повезло. Дождь встретил нас в Осетии, убедился, что мы благополучно переехали границу, и решил проводить до Тбилиси. Наш водитель гнал по чёртовому серпантину в предрассветной дымке, явно подозревая, что его пассажиры - атеисты, и желая обратить их в веру. Горы на рассвете по-особому прекрасны, очертания их не резки, в ложбинах бродят клочья тумана. Иногда туман сгущается, и слева (справа) виден только край горной дороги, дальше - белёсое молоко, бездонные пропасти. В шесть утра опасность такого пути не вполне осознаётся, но впечатление на невыспавшуюся голову производит что надо.



В Тбилиси не нужно спрашивать, как куда пройти. Достаточно достать карту местности и задумчиво в неё уставиться. Если не подействовало в течение первой минуты, можно время от времени отрывать взгляд от карты и растерянно обводить взглядом окрестности. Итак, я стояла возле станции метро "Авлабари", разглядывая лист бронирования. Тут же один из прохожих поинтересовался, что я ищу. Я назвала адрес хостела. Прохожий сообщил, что я нахожусь очень далеко и придётся ехать на метро. В это время проходивший мимо другой грузин остановился вроде бы невзначай, послушал нас и рассказал первому, как тот неправ, ведь хостел мой совсем недалеко, "вон, видишь переулок? Иди по нему вниз, а потом налево и до самого конца", что я и сделала.
Впрочем, быстро попасть в хостел не удалось. От метро до него было метров пятьсот и примерно столько же поводов ахать и фотографировать.


В Тбилиси стоят любопытные фонари





Вообще после суток в маршрутке у меня была одна мечта - дойти до хостела и завалиться спать. Но жестокий администратор не дал мне такой возможности, заявив, что я приехала рано, ничего еще не готово, ранний заезд у них не предусмотрен, и отправил погулять, за что я ему безмерно благодарна.
Для начала я отправилась куда глаза глядят. Впрочем, я и дальше придерживалась этой практики путешествия, даже после того, как разжилась картой города. Первым делом я набрела на символ Тбилиси - Успенскую церковь на Метехской скале с памятником Вахтанга Горгасали. Вообще этот Горгасал вездесущ, даже если нацеливаешь фотоаппарат не на него, он попадает в кадр.



Историческая справка: Вахтанг Горгасали - царь, правивший в V веке н.э. Грузины его чтут, чествуют и причисляют к лику святых. Его же считают и основателем Тбилиси. Расскажу вам по этому поводу две легенды.
По одной из легенд, как-то царь Горгасали охотился в окрестностях будушего Тбилиси. Выстрелив в бежавшего мимо оленя, он погнался за раненым зверем и тут увидел удивительную картину: олень добежал до бьющего из земли источника, припал к нему, и рана от стрелы затянулась. И Горгасал, по свойственной царям манере, провозгласил, что здесь будет город заложён, правда, без всяких нездоровых "назло".
По другой легенде, как-то царь Горгасали охотился в окрестностях будущего Тбилиси (это другая легенда, подождите). Послав своего охотничьего сокола за фазаном, он вскоре потерял обоих из виду. Отправившись на поиски, он нашёл и фазана, и сокола практически готовыми к употреблению, то есть сварившимися в чудесном горячем источнике (по другой версии, сокол остался невредим). Дальше всё то же самое - Горгасал решил построить на этом месте город, который получил название "Тбилиси". "Тбили" по-грузински означает "тёплый". Мне нравятся обе легенды и нравится царь Горгасал. Кстати, Лёша заметил, что жест памятника - вовсе не приветственный, как можно подумать, а обозначающий приказ следующей за царём свите остановиться. Полагаю, что в памятнике запечатлён именно момент находки фазана. Эту версию подтверждает скульптура сокола с фазаном в когтях в ста метрах от памятника, через реку и дорогу от него, возле серных бань, где ей и место.



Рядом с памятником Горгасалу стоит Успенская церковь, построенная в XIII веке и успевшая побывать церковью, казармой, тюрьмой и опять церковью. Её даже чуть было не снесли при Берии. Сейчас она реставрируется, но всё равно открыта для посещений.
Удивительное дело - в Тбилиси полным-полно церквей, крестов, фресок с библейскими мотивами, но это не раздражает, не кажется навязчивым. То ли потому что исполнение далеко от православного и не отзывается во мне чем-то нарочито религиозным, то ли в городе, где церкви встречаются чаще, чем банкоматы, это воспринимается естественно.
Кура не впечатляет шириной, но сам вид с памятником и церковью на обрыве прекрасен.



Через дорогу от Метехского моста разбит парк Рике со знаменитым Синим мостом, официально носящим название моста Мира. Тбилисцы поведали, что в народе этот мост называют Always, но местные вообще склонны принимать в штыки всё, что меняет облик города в сторону современности, поэтому простим им эту вольность.



Парк Рике мил и претендует на оригинальность. В нём находятся: россыпь декоративных камней, каменные скамейки в современном стиле (на которых очень холодно сидеть), рояль в кустах, Рейган на скамейке и нижняя станция канатной дороги. Благодаря дождю парк был почти пуст, на канатную дорогу очереди не было. Я купила транспортную карту Тбилиси (действует в метро, автобусах и вот на канатке) и вознеслась на гору, к крепости Нарикала.



По окрестностям толпами ходит разный туристический люд. Примостилась к русскоязычной экскурсии, послушала бойкого гида, но вообще все эти лекции я не очень жалую. Всё, что я хочу узнать о высоте горы, времени постройки церкви и численности населения, я прочту в Википедии и тут же забуду. Останутся в памяти тучи над колоколами, мокрая мощёная дорога, ощущение высоты и игрушечный с этой высоты город.



Узнала от очередного гида, что от Нарикала вниз идут ступеньки прямо к серным баням, то есть совершенно необязательно отдавать еще один лари на спуск по канатке.
Пройдя над рекой по мосту Мира, я обнаружила вот такой указатель. Вообще такие указатели стоят по всему центру, что несказанно удобно.



Парк Рике и канатная дорога позади, значит, отправляюсь к базилике Анчисхати.
Что в ней особенного? Если цитировать путеводитель, то это древнейшая постройка Тбилиси, сохранившаяся до наших дней - VI век. Строго говоря, от VI века там мало что осталось, но все-таки это весьма старая церковь. Она маленькая и очень тёмная внутри, с кирпичными сводами, строгими ликами святых и потрескиванием свеч.
Вообще за три дня в Тбилиси я перевыполнила план посещения церквей и храмов.





Прямо рядом с церковью Анчисхати находится театр марионеток Резо Габриадзе со знаменитым кафе и кривой башней. Соседство авангардной башни с древним сооружением нисколько не шокирует, но и не обратить на это внимания невозможно, получается совершенно немыслимый, но гармоничный ансамбль. Театр был на каникулах, а кафе открывалось вечером.


В Тбилиси много памятников и скульптур. Они либо не подписаны, либо подписаны на грузинском, поэтому не всех я готова назвать.







А это бюст Пушкину. Он был воздвигнут на средства горожан в конце XIX века в сквере, где в свое время любило прогуливаться солнце русской поэзии.



Информационный центр для туристов на проспекте Руставели, здесь совершенно безвозмездно раздают карты Тбилиси и прочую информацию, призванную помочь иностранцам ориентироваться в Грузии.



Надо сказать, на всё это я набрела практически без всяких ориентиров, если не считать приблизительные указатели на улицах. Поэтому, повторюсь, карта в Тбилиси нужна только в крайних случаях.

Следующим утром решаю подняться на Мтацминду (что означает "Святая гора", между прочим - по аналогии с Афонской горой). Подниматься на неё надо на фуникулёре, на вершине горы есть телевышка, парк с колесом обозрения и вид на город.
Надо сказать, до фуникулёра довольно непросто добраться - от проспекта Руставели всё вверх и вверх, полагаясь на указатели. Проезд на фуникулёре - два лари вверх, два лари вниз. Грузинский фуникулер был построен в начале XX века, он даже попал на одну из картин Пиросмани. Но в 2000 году произошёл обрыв троса, фуникулёр работать перестал. Восстановили его только в 2013-м, теперь он довольно популярен. В середине пути вагончик делает остановку на промежуточной платформе, от нее можно (нельзя!) пройти к Пантеону, о котором позже.
Парк Мтацминда большой и разношерстный: временами очень советский, со старыми ступенями и оградами, временами - современный, с домами-вверх-тормашками и ультрамодными развлечениями вроде загадочного 7D.





Цены на аттракционы, правда, кусаются, но меня интересовало только колесо обозрения. Проезд стоит 3,5 лари, но система такова, что на карту пол-лари не положишь. Девушка на кассе поинтересовалась, сколько человек собираются ехать. "Только я". Тогда, объяснила она, проезд будет стоить четыре лари. Вот если бы ехали двое, то заплатили бы семь лари. Если трое, то третьему не повезёт, и так далее. В общем, администрация парка руководствуется принципом "третий лишний" и настаивает на чётном количестве посетителей аттракционов.
Издалека кажется, что колесо обозрения стоит прямо на обрыве и вот-вот укатится в небо, прокладывая в тучах синюю колею.



Вид с колеса обозрения красив и захватывающ; подо мной - город, впереди - какие-то горы. Рядом не было никого, кто бы мог объяснить, что я вижу. Но иногда совершенно не нужно ничего объяснять. Просто смотреть.



Вообще во время этой поездки я стала разговаривать сама с собой. Не знаю, насколько тревожен этот признак, но смолчать, увидев нечто красивое, совершенно невозможно, и восторженное "Ого!", "Ух ты!", "Ни-че-го себе!", а то и что-нибудь покрепче высказывается вслух. Всё дело в том, что суровая ростовская действительность не способствует развитию иммунитета к стендалевскому синдрому. Впрочем, в истерике я не билась, но порой от красоты буквально захватывало дух.
С аттракциона иду гулять по парку мимо загончика с динозаврами, которые при моем появлении внезапно начинают орать и двигать челюстями, хотя я худая и несолёная.



Ещё немного парка





Утром здесь не так много народу. На смотровых площадках установлены подзорные трубы, которые ничего не покажут, пока не накормишь их монетами. После дождя свежо и пахнет можжевельником. Откуда-то с вершины вниз ведёт тропинка, но я не знаю, где она, поэтому решаю возвращаться на фуникулёре. Мне нужно выйти на средней площадке, потому что оттуда можно пройти к Пантеону и к церкви Давида.



Уточнила у билетёрши, и она подтвердила, что именно так и надо сделать. Доверчиво сажусь в вагончик и выхожу на средней площадке, но суровый машинист (водитель? кондуктор?) фуникулёра велит мне сесть обратно, "потому что здесь никто не выходит". В вагончике со мной едут четверо турецких ребят, которые безостановочно фоткают друг друга и себя на телефоны. Увидев у меня в руках фотоаппарат, просят их сфотографировать. Мне не жалко, плёнки много, фоткаю их, полагая, что следом они попросят мои координаты либо дадут адрес своей электронки. Но нет, они, видимо, просто хотели, чтобы у меня была их фотография. Вдруг кто-то из них читает русские блоги. Ребята, вот ваше фото!



Доезжаю до подножия горы, выхожу и понимаю, что мне сейчас карабкаться вверх, к Пантеону. Можно и не карабкаться, но я же зачем-то сюда приехала. Нахожу дорогу и иду.



Ох, тяжёлая это работа. Дорога, мощёная жёлтым кирпичом, петляет то влево, то вправо. Временами на пути попадаются скамейки для усталых путников. Установлены они над обрывом - видимо, здесь полагают, что, если ты держишь путь к храму, вера твоя крепка. Я присесть не рискую, отдыхаю стоя.



Добираюсь до пещеры, в которой находится знаменитая могила Грибоедова. Собственно, с её появлением и возникла у кого-то идея хоронить здесь известных людей. Некоторым из них устанавливают оригинальные памятники. Здесь лежат Важа Пшавела, Илья Чавчавадзе, Звиад Гамсахурдия, Екатерина Геладзе-Джугашвили. Здесь лежат грузинские художники, архитекторы, музыканты, поэты. Я их не знаю, их фамилии мне ни о чём не говорят и вам наверняка не скажут, тут почти все надписи исключительно на грузинском, словно и не предназначены для того, чтобы их читал кто-то пришлый. Вообще совершенно не возникло ощущения кладбища. Тихое, спокойное место, но какое-то беспечальное, что ли. Может, затейливость памятников так влияет, а может, слишком много равнодушных топчется здесь. Я постояла перед памятниками, пытаясь представить, как эти люди творили, горели - жили. Не получилось.







Над Пантеоном стоит храм Святого Давида. Возле храма скамейка, на скамейке - старичок-смотритель (во всяком случае, я его так себе обозначила). Увидев, что пришли туристы с фотоаппаратами, открыл пещеру с могилами Грибоедова и Нино, позволил сфотографировать. Посмотрел на меня строго: "Православная?" Я на всякий случай промычала в ответ что-то неразборчивое. "Пойдём, покажу тебе часовню Святого Давида", - и он отпер дверь маленькой постройки в церковном дворе и впустил меня, попутно рассказывая о Давиде Гареджийском, монахе, жившем здесь в VI веке.
В часовне полумрак и тишина, по стенам - иконы. Из часовни прорублено окно в пещеру, полную воды. По словам смотрителя, Давид Гареджийский, один из основателей грузинского монашества, пришёл поселиться на эту гору и своими руками выкопал пещеру. Он же вымолил у Бога этот родник, вода которого называется слезами Давида.





Спускаюсь вниз с горы на проспект Руставели. По дороге вижу вот такие кварталы


В Тбилиси не знают, что такое пешеходные переходы. Если спросить их, что такое зебра, они наверняка ответят, что это такая полосатая лошадь. Водители просто едут по дорогам, временами пересечёнными какими-то странными белыми полосами. Иногда по этим полосам идут пешеходы, и тогда водители возмущённо сигналят, не сбавляя скорости.
В центре несколько раз видела вот такие забавные передвижные кофейни.



К сожалению, никакого кофейного запаха они не издавали, ничем не торговали - напротив, все они были закрыты на такой серьезный замок, чтобы всем сразу стало ясно - это не просто пересменка, кофия не будет. Вообще. Позже узнала, что идею таких кофеен привёз в Тбилиси украинский молодой предприниматель. Но такой, казалось бы, прибыльный в условиях всеобщей грузинской любви к кофе бизнес разбился о вездесущую бюрократию: сначала люди в погонах потребовали разрешение на уличную торговлю, которого не было. Когда штраф был оплачен, бизнесмен направился в мэрию, чтобы это самое разрешение получить, но выяснил, что в существующем законе нет статьи о передвижных торговых точках, соответственно, и разрешения на них выдано быть не может. Нет закона - нет запрета, и штрафовать тоже никто не имеет права, объяснили ему в мэрии, но это по логике, а на деле всё остаётся на своих местах, но главное - на месте замок на этих симпатичных джезвах. Для кого-то это повод ещё раз повторить, с досадой или со злорадством: "А при Мише такого не было бы!", но мы не будем о политике.
По дороге к почте набрела на несколько забавных скульптур







и на знаменитый Сухой мост.



Напоминает питерскую Уделку, но меньшего масштаба. Продаётся всё - от антиквариата до современных безделушек. Продавцы не навязчивы, знают цену себе и своему товару, сидят на раскладных стульчиках возле своих монет, серебряных ложек, подстаканников, облезлых горжеток, посуды, шахмат, курительных трубок и портсигаров, фотокамер, ножиков, фарфоровых статуэток, советских значков и брелоков, снисходительно взирая на проходящий мимо люд. Не суетятся, все не молоды, говорят по-русски легко и легко в тебе русскую распознают (не то - подростки и мелочь: завидев меня с фотоаппаратом и рюкзаком, вслед кричат: "Хау ар ю!").
От барахолки иду дальше - туда, где, по моему мнению, должна быть почта (я планировала отправить в Россию несколько открыток). Нахожу её совершенно внезапно совсем не там, где собиралась найти, но она закрыта. Спрашиваю у прохожего, что за дела творятся посреди рабочего дня. "Так ведь сегодня праздник", - удивляется прохожий. Оказывается, именно сегодня Грузия празднует День святой Богородицы, и это значит, что открытку я не отправлю. Зато именно благодаря этой идее я заблудилась в Тбилиси. Вроде бы только что рядом был шумный проспект Руставели, причёсанный, европейский - для туристов и их фотоаппаратов, но стоит повернуть в любой переулок - и вот ты уже словно в другом городе. Здесь старые дома, увитые виноградом и плющом



Здесь пишут на стенах - призывы к революции? матерные стишки? "долой", "даешь", "но пасаран"? Нет, всего лишь - "Съешь виноград!"



Впрочем, есть и бунтари среди горожан:



А есть любители классической литературы:





Тбилиси - город церквей. В этом городе Бог подстерегает за каждым углом. Если срочно требуется помолиться в освящённых стенах, можно просто идти прямо, церковь сама вас найдет. Тут и старые храмы, и новодел, прикидывающийся стариной, но не всё ли равно, если душа взалкала общения с высшими силами. Мне как человеку светскому, впрочем, не везде получалось как следует благоговеть. В этом смысле меня впечатлили Анчисхати и церковь Давида на склоне горы Мтацминда. Если вы любите масштабность храма Христа Спасителя, то вам дорога в собор Цминда Самеба (собор Святой Троицы). Его замыслили как главный собор города, строили, строили и наконец построили. Выглядит внушительно. Говорят, вглубь он уходит на столько же метров, на сколько ввысь. Собственно, это даже не собор, а целый храмовый комплекс - с духовной семинарией, колокольней и парком с чёрными лебедями. На мой взгляд, сама масштабность мешает этому ансамблю. Для меня грузинские церкви - это аскетичность, строгость, камерность в сочетании со стремлением ввысь; здесь же - грандиозный пассаж, блестящий, подсвеченный, огромный. Внутри продолжаются работы - Христос нарисован, но ещё не раскрашен; купол пуст. Может, от этого здесь мне священный трепет почувствовать не удалось, хотя я честно пыталась.
Впрочем, всё равно красиво, не спорю.





Любопытное совпадение: за три дня в Тбилиси я трижды посетила собор св. Троицы. Так получилось.

От Самеба отправилась в парк Рике, где села на скамейку - отдохнуть от долгой прогулки.
В парке стала свидетелем забавной сцены. Неподалёку от меня на лавочку уселись ничем не примечательные на первый взгляд ребята. Но вот один из них достал маленький барабан, второй - флейту, и они заиграли интернациональное попурри. Играли неплохо, притопывали ногами, не забыли положить перед собой футляр от флейты. Прохожие охотно бросали монеты, останавливались послушать "Бесамемучо", Песню крокодила Гены про неуклюжих пешеходов и не распознанный мною фолк. Через некоторое время к ребятам подошёл парковый полицейский, что-то им сказал по-грузински, но ребята перешли на русский. Тогда уже по-русски тот объяснил, что здесь играть нельзя. "Как это - нельзя? - удивился барабанщик, видимо, он был за главного в их дуэте, - почему нельзя? Мы по всему городу играем, нигде нас не гонят. А тут вдруг нельзя. Что за новости?" "Парковая зона, здесь игра на музыкальных инструментах запрещена!" - пояснил полицейский. "Кем?" - заинтересовался рыжий. "Просто запрещена, и всё", - уже неуверенно ответил служитель закона. Но ребята оказались не лыком шиты, рыжий заявил: "Покажи мне бумажку, которая запрещает играть в этом парке!" Полицейский смешался. Тем временем вокруг спорящих собралась небольшая толпа. Вникнув, в чём дело, прохожие стали снисходительно махать руками на полицейского, приговаривая: "Ребята, никого не слушайте, играйте!" Попутно ребята завязали некоторое количество полезных знакомств - кто-то из прохожих просто дал свою визитку, "на всякий случай", а другие пригласили вечером поиграть в их кафе. Полицейский по рации вызвал товарища. Товарищ подошёл незамедлительно, присел на соседнюю скамейку и стал лениво наблюдать за происходящим. Видимо, он уже заподозрил, что победы не видать, и не захотел делить пополам фиаско своего коллеги. Музыканты напирали, требуя законоутверждающую бумажку. Полицейский пытался оправдаться, что бумажки лично у него нет, "но ведь где-то она должна быть!" "Вот когда покажешь - тогда и поговорим", - подытожил барабанщик, похлопав полицейского по плечу, и ребята уселись на скамейку и принялись дудеть и стучать с ещё большим энтузиазмом. Полицейский постоял, почесал в затылке и ушёл, что-то обиженно нашёптывая в рацию. Рация в ответ невнятно плевалась надтрестнутым басом. Продолжения истории я не знаю, потому что я дождалась Лёшу, и мы ушли; но у ребят всё хорошо, следующим вечером я видела их на одной из тбилисских улиц, наяривающих "Подмосковные вечера" (да-да, они именно наяривали, получалось энергично, необычно, но узнаваемо).



На третий день тбилисской жизни получилось встретиться с другом, хорошо знающим Тбилиси. Без него мы бы не нашли статую летающего Параджанова, фигуру мальчика-тамады и, конечно, места, где подают вкуснейшие хинкали по земной цене. Здесь же я попробовала лимонад из фейхоа. Странно, что в России никто не додумался его выпускать, я бы купила.
Потом гуляли по вечернему городу, заходили в сувенирные магазины, пробовали грузинские вина в винной лавке, заглянули в собор Сиони - шла свадебная церемония, невеста была очень красивой, молодой священник читал что-то торопливым голосом; проехали на автобусе к Цминда Самеба. Вот он ночной.



Решили ехать домой маршруткой, что останавливалась около тбилисского автовокзала в два часа по полуночи. Уехали в половине четвёртого утра, не веря своей удаче, но это совсем другая история. Впрочем, если бы не неотложные дела, с удовольствием остались бы ещё - ведь столько всего не сделано. Может, ещё как-нибудь. Ведь есть ещё серные бани, в которых надо попариться, монастырь Бетания, ботанический сад с водопадами, этномузей на Черепашьем озере, и ещё много всего, о чём мы, может быть, сейчас и не подозреваем. В конце концов, не проведан Маленький принц в Круглом саду. Это ли не повод вернуться?



Дорога до дома очень вымотала; как жаль, что до Грузии не добраться на поезде. Но хотя бы раз сюда стоит приехать. Приехать и полюбить этот город, потому что не полюбить его нельзя. Полюбить не за роскошь и богатство, не за лоск и блеск, а за способность заворожить, озадачить, растрогать. Убелённый сединами, мудрый старик, он не будет вздыхать тебе, молодому, о том, как раньше было хорошо, и не загрузит тебя пыльными былями, если не захочешь. Он умеет удивить - поворотом сюжета или дороги; рассказать сказку, показать маленький театр теней - вот зайчик, вот пёс, а это хищная птица. Он разговаривает с тобой на твоём языке, он кормит тебя тем, что ты можешь съесть; а хочешь философии, хочешь городских легенд и бесед о смысле жизни - их есть у него: посмотри на эти кованые ворота, на город с высоты, на древнюю крепость; загляни во двор-колодец, здесь дети гоняют мяч, сушится бельё на верёвках, старики никуда не торопятся, играют в шашки. Здесь жизнь, простая и незатейливая, как везде, но немного иначе. - А вот тебе, дорогая гостья, подарок - цветок граната над затейливой решёткой двери, питьевой фонтанчик у метро, рыжий кленовый лист, брусчатка на крутой улице, я всё о тебе знаю, я знаю, что ты хочешь увидеть. Приезжай ко мне опять, только прежде побудь где-нибудь ещё: слушай, запоминай, читай книги, смотри в людей, поброди по другим дорогам, и тогда я обязательно покажусь тебе чем-то новым, когда наступит следующий раз.
promo ru_yourpiter june 26, 2016 11:07 100
Buy for 50 tokens
Искренне приветствуем Вас на страницах сообщества "Твой Питер". Поскольку мы освещаем в основном городские события, было решено вернуть первоначальное название сообщества - your_piter. Здесь вы можете увидеть, прочитать, а также опубликовать фоторепортажи на интересные мероприятия,…

Несбывшийся проект Сталина



Московская площадь должна была стать одной из самых больших и крупных площадей не только в Петербурге, но и во всей Европе. Идея Сталина создать новый центр города вокруг этой площади так и не была реализована. К строительству и разработке плана не подпускали иностранцев. Каким должен был стать новый Петербург, а каким он стал?

Collapse )

С днем фотографа!

        Многажды уже писал о фотографии и фотографах - фотографическая удача, лень и ее преодоление в фотографии. В общем, о тяготах и лишениях, которые любой фотограф стойко и мужественно преодолевает. Главное, чтобы результат стоил потраченного времени, мокрой от пота спины, натертой шеи и сбитых ног. Преодолевая себя, фотограф вдыхает в каждый снимок не только жизнь, но и историю. Мол, чтобы сделать эту карточку - два часа морозил сопли, а чтобы сделать эту - пришлось изрядно покормить комаров или вымокнуть под дождем до исподнего...



          Интересных сюжетов, хорошего света и, конечно, удовлетворения результатом. Но это в целом, а сегодня - заваливайте горизонт, задирайте ISO, наплюйте на композицию и сюжет, лупите от пуза, из-за спины и от бедра. С праздником!

Collapse )
котик читает газету и моргает

Виды с вершины на Красноярск и тайгу

С одной стороны города довольно высокие сопки.
Здесь и проложены горнолыжные трассы, что дало начало созданию фан-парка "Бобровый лог".
Отсюда открываются прекрасные панорамы на тайгу и на город.


01-P1040599

Collapse )

Collapse )

котик читает газету и моргает

Канатно-кресельная дорога в Красноярске

01-P1040655

Канатная дорога сильно изменилась. Построена она была, как подъемник для тех, кто катается на лыжах.

Collapse )

Collapse )